Четыре евангелиста созерцают Священное Писание, которое, в свою очередь, послужило источником вдохновения их собственных сочинений. Пока они погружены в изучение текста Библии, покоящейся на столе, Иорданс позволяет нам оценить различие их индивидуальностей. Полуфигуры господствуют в пространстве, почти полностью закрывая задний план, образуемый винно-красным бархатным занавесом и просветом неба. Ученик Питера Пауля Рубенса, Иорданс воспринял от своего учителя живость колорита и кисти и мастерство в передаче естественных телесных тонов. Однако сильный, энергичный реализм его композиций обязан больше влиянию Караваджо, чей стиль Иорданс мог видеть отраженным в работах последователей италья некого живописца в Утрехте. Ранние полотна художника технически несовершенны, но отличаются грубоватой, сильной выразительностью; однако Иорданс развивался как живописец, со временем его стиль стал более выдержанным; позднее ему оказывали покровительство короли Испании и Швеции.
Разное
Выразительный, рефлективный портрет модной дамы написан четкими жирными контурами. Интенсивные дисгармонирующие цвета создают впечатление чувственности, в то время как подобное маске лицо внушает впечатление сексуальной отчужденности. Значимость этой картины вызвана тем, что Явлснский, строя образ и придавая ему эмоциональную силу, всецело полагается на свет. Название картины исходит от юной модели: ее прозвище мотивировано той чашкой шоколада (шокки), которую она заказывает. Уроженец России, Явленский большую часть жизни провел в Германии, но истоки его стиля нужно искать и искусстве его родной страны. Явленский соединяет элементы фовизма (резкие контуры и интенсивный цвет) с элементами крестьянского искусства и с мистицизмом русских икон. Это можно увидеть в одном из наиболее известных его произведений, в абстрактной серии “Головы”, где черты лица свелись к толстым прямым линиям. Человеческое лицо – это любимая тема художника; в последней его серии Медитации лицо становится символом трагедии.
Разное
Иоанн Креститель, облаченный в плащ поверх туники из звериных шкур, подымает свой тростниковый крест к сгрудившейся вокруг него толпе и проповедует своим последователям Слово Божье. Иванов запечатлевает два важнейших сюжета, связанных с этим одержимым духовидцем: его пророчество о пришествии Христа и крещение в Иордане. Слева взбирается на берег один из только что окрещенных. Иванов использует классические типы и одеяния, усваивает благородный стиль Ренессанса, надеясь достичь такого же благородного величия и гармонии, как старые мастера, Рафаэль и Микеланджело. Большую часть своего зрелого периода художник провел в Риме, где испытал влияние религиозной художественной группы назарейцев. Его многочисленные замыслы воплощения библейских сюжетов так и остались на стадии эскизов, соединяющих мистическое чувство с исторической достоверностью и оригинальной образностью.
Разное
Названная по имени коллекционера, купившего картину, энгровская купальщица Вольпенсон являет гармоничное воплощение классической красоты, увиденной в живой женщине. Окутанная мягким отраженным светом купальщица рождает представление о холодноватом томном эротизме с оттенком неопределенности, так как модель отвернулась от зрителя. Единственный звук или движение, присутствующее в композиции – это тонкая струя воды. Женская фигура в неприкрашенном интерьере кажется застывшей во времени и пространстве. Энгр – превосходный рисовальщик, но и своих сюжетах он всегда беспристрастен и эмоционально отстранен, ему неинтересно выражение лица человека. Отшлифованное совершенство картин Энгра вдохновлено работами его кумира Рафаэля. Ведущий мастер классической традиции в живописи XIX века во Франции, Энгр создал множество идеализированных композиций, а также экзотических сцен на темы Востока с чувственными женскими образами, но поскольку сам он никогда не покидал пределов Европы, детали его ориентальных сцен заимствованы из вторых рук.
Разное